Knee - Тиняков
Информация:
Группа: Knee
Альбом: Тафофилия
Год: 2022
Страна: Россия
Другие тексты
Возле радуги за пышными лугами
Гроздья аронии свисали,
Ей диво прикоснуться к ним губами,
Почуять терпких ягод аромат.
Не отказать вкушённому в желании -
По лиственными лесами усталыми ногами
Их собирать тебе я рад.
Зачем так дорого стирали в чашу
Крупинками как сахар розовый алмаз?
Сегодня я принёс тебе, родная,
Корзину полную вороньих глаз. Открыть страницу с текстом
Гроздья аронии свисали,
Ей диво прикоснуться к ним губами,
Почуять терпких ягод аромат.
Не отказать вкушённому в желании -
По лиственными лесами усталыми ногами
Их собирать тебе я рад.
Зачем так дорого стирали в чашу
Крупинками как сахар розовый алмаз?
Сегодня я принёс тебе, родная,
Корзину полную вороньих глаз. Открыть страницу с текстом
Он в маскараде таится в контрастах,
На перепадах зияющим злом.
Как распознать демона в маске
С ангельски добрым наивным лицом?
Не я ликовал над страданием
Безутешно умноженных слёз.
Пагубным грёзам, жестоким деяниям
Виной - расстояние звёзд.
Двойник, порожденный из желчи.
Руды морали не выжженный шлак,
Покрытый шерстью овец.
Всему виной зодиак,
А я близнец, я близнец. Открыть страницу с текстом
На перепадах зияющим злом.
Как распознать демона в маске
С ангельски добрым наивным лицом?
Не я ликовал над страданием
Безутешно умноженных слёз.
Пагубным грёзам, жестоким деяниям
Виной - расстояние звёзд.
Двойник, порожденный из желчи.
Руды морали не выжженный шлак,
Покрытый шерстью овец.
Всему виной зодиак,
А я близнец, я близнец. Открыть страницу с текстом
Может быть, не стоит
Складывать ладони плотно у лба,
Печально взирая под купол?
Иконами, легендами, идолами, культами
Взошло солнце в лице великого глиняного скульптора.
Не вставай на колени.
Придумай Бога своего.
Не бросай в воду серебро.
Придумай Бога своего.
На собственную ложь - собственная истина,
За собственный грех - собственная исповедь,
Из собственных норм - собственная проповедь,
На собственном опыте, собственными пробами.
Собственный или чужой - выбирай.
Придумай Бога своего.
Создателя создай.
Правда или вымысел - выбирай. Открыть страницу с текстом
Складывать ладони плотно у лба,
Печально взирая под купол?
Иконами, легендами, идолами, культами
Взошло солнце в лице великого глиняного скульптора.
Не вставай на колени.
Придумай Бога своего.
Не бросай в воду серебро.
Придумай Бога своего.
На собственную ложь - собственная истина,
За собственный грех - собственная исповедь,
Из собственных норм - собственная проповедь,
На собственном опыте, собственными пробами.
Собственный или чужой - выбирай.
Придумай Бога своего.
Создателя создай.
Правда или вымысел - выбирай. Открыть страницу с текстом
Стоя у чёрной реки по колено в снегу
От барьера по сумраку
На десять долгих шагов назад,
На мгновенье подобно рывку
Взводятся курки
Секундой в обмен на года
За ревность у баррикад.
Кровь отнять у литератора -
Месть сладкая.
Не плюйся на пол -
Я бросил перчатку. Открыть страницу с текстом
От барьера по сумраку
На десять долгих шагов назад,
На мгновенье подобно рывку
Взводятся курки
Секундой в обмен на года
За ревность у баррикад.
Кровь отнять у литератора -
Месть сладкая.
Не плюйся на пол -
Я бросил перчатку. Открыть страницу с текстом
Заря над рощей высится,
Июльским зноем прогорят.
Молчат кладбищенские птицы
На хрупком крае алтаря.
Я в усыпальне обездвижен,
В чертогах сужен и окреп.
Как мне пробраться к дому ближе?
Сухим останкам бросить склеп.
Там, дальше зарослей, обвивших
Гранитных плит забытый ряд,
Былое скромное жилище,
И возле яблоневый сад.
Там мне взойти из-под земли чрева
С цветущими плодами древа. Открыть страницу с текстом
Июльским зноем прогорят.
Молчат кладбищенские птицы
На хрупком крае алтаря.
Я в усыпальне обездвижен,
В чертогах сужен и окреп.
Как мне пробраться к дому ближе?
Сухим останкам бросить склеп.
Там, дальше зарослей, обвивших
Гранитных плит забытый ряд,
Былое скромное жилище,
И возле яблоневый сад.
Там мне взойти из-под земли чрева
С цветущими плодами древа. Открыть страницу с текстом
Направленный свет
На лицо с белым гримом.
Без монологов солируя,
Отпет бенефис, рассеялся дым,
И зритель встаёт, не аплодируя.
Бросай цветы к ногам и рыдай,
Это не антракт -
Эта пьеса окончена.
Скоро кулисы закроются,
И останется в роли он
Лишь в титрах набитых.
Требуется главный актер
Театра настоящей драмы. Открыть страницу с текстом
На лицо с белым гримом.
Без монологов солируя,
Отпет бенефис, рассеялся дым,
И зритель встаёт, не аплодируя.
Бросай цветы к ногам и рыдай,
Это не антракт -
Эта пьеса окончена.
Скоро кулисы закроются,
И останется в роли он
Лишь в титрах набитых.
Требуется главный актер
Театра настоящей драмы. Открыть страницу с текстом
В опалённом обрывке письма
Проза плачет чернилами.
Если грады терпит стена,
Враг направит мортиры.
После шума падёт тишина
На железный затылок.
В небе огненных копий,
И отравленных стрел,
Разрывалась с треском лоскутов кожи
Ратная проза.
Он заносил в письмо заметки
О том, как будет захоронен.
За что он будет захоронен
Без надгробий на руинах?
Под завалом комьев глины.
Во взрытом поле с чёрным дымом,
С крестовой меткой молодой осины. Открыть страницу с текстом
Проза плачет чернилами.
Если грады терпит стена,
Враг направит мортиры.
После шума падёт тишина
На железный затылок.
В небе огненных копий,
И отравленных стрел,
Разрывалась с треском лоскутов кожи
Ратная проза.
Он заносил в письмо заметки
О том, как будет захоронен.
За что он будет захоронен
Без надгробий на руинах?
Под завалом комьев глины.
Во взрытом поле с чёрным дымом,
С крестовой меткой молодой осины. Открыть страницу с текстом
Ты носила мне мёртвых летучих мышей,
Карабкалась по стенам, ревела под окнами.
Я рвал в волосах твоих серых напитых клещей.
Я хочу созерцать тебя снова жестокой.
Чтоб однажды в мансарде ты меня разбудила,
Впереди ещё восемь попыток призвать тебя в марте -
Воскресить из кошачьей могилы. Открыть страницу с текстом
Карабкалась по стенам, ревела под окнами.
Я рвал в волосах твоих серых напитых клещей.
Я хочу созерцать тебя снова жестокой.
Чтоб однажды в мансарде ты меня разбудила,
Впереди ещё восемь попыток призвать тебя в марте -
Воскресить из кошачьей могилы. Открыть страницу с текстом
Возле дворцов не воспевались серенады -
Нельзя будить святых.
Святые заблудились в анфиладах,
В просторах золотых.
И в камеры подвальные
Испуганных созданий
Безжалостно подняли
Из спален.
Тревожно щёлкнул затвор,
Зачитан приговор -
Увы, никак иначе.
Зачем носить фамильный герб зазря?
Быть дочерью царя -
Как много это значит. Открыть страницу с текстом
Нельзя будить святых.
Святые заблудились в анфиладах,
В просторах золотых.
И в камеры подвальные
Испуганных созданий
Безжалостно подняли
Из спален.
Тревожно щёлкнул затвор,
Зачитан приговор -
Увы, никак иначе.
Зачем носить фамильный герб зазря?
Быть дочерью царя -
Как много это значит. Открыть страницу с текстом
Опустела палата
Над телом новой душой,
Вдруг вспорхнув над собой
Неугасшей утратой.
Смотря не образом сжатым,
Морозом сомкнутых вежд,
Но последних надежд
Весом призрачной ваты.
Переступлен рубеж
Неугасшей утраты.
Проводник, забирай
В свою ловкую сеть,
Ведь куда ей лететь,
Где он рай,
Вечный рай? Открыть страницу с текстом
Над телом новой душой,
Вдруг вспорхнув над собой
Неугасшей утратой.
Смотря не образом сжатым,
Морозом сомкнутых вежд,
Но последних надежд
Весом призрачной ваты.
Переступлен рубеж
Неугасшей утраты.
Проводник, забирай
В свою ловкую сеть,
Ведь куда ей лететь,
Где он рай,
Вечный рай? Открыть страницу с текстом
Однажды болезнями, стонами, страхами затаёнными
Ты придёшь на голос мой - я позову.
Тропы родными протоптаны,
Мрамор высечен, ямы закопаны.
С головой под землёй в нижнем ряду.
Горя слезами невечными,
Зеркалами завешанными
Ты пойдёшь вслед за мной - я провожу. Открыть страницу с текстом
Ты придёшь на голос мой - я позову.
Тропы родными протоптаны,
Мрамор высечен, ямы закопаны.
С головой под землёй в нижнем ряду.
Горя слезами невечными,
Зеркалами завешанными
Ты пойдёшь вслед за мной - я провожу. Открыть страницу с текстом
Мы рождены в тумане,
В мёрзлой чаще долины снов.
Скуля в извилистых дебрях изгнания,
Мы дрались и вязались среди ржавых крестов.
Меж опавших дубов веяло смрадом гнили -
Это над нашим кормом падальщики гнёзда вили,
И тверди рыли мы - лишайные собаки.
Мы рождены во мраке,
Чтоб умереть в овраге,
Босиком по грязи бредут
Свора тленных бродяг,
Плешивых дворняг. Открыть страницу с текстом
В мёрзлой чаще долины снов.
Скуля в извилистых дебрях изгнания,
Мы дрались и вязались среди ржавых крестов.
Меж опавших дубов веяло смрадом гнили -
Это над нашим кормом падальщики гнёзда вили,
И тверди рыли мы - лишайные собаки.
Мы рождены во мраке,
Чтоб умереть в овраге,
Босиком по грязи бредут
Свора тленных бродяг,
Плешивых дворняг. Открыть страницу с текстом
Мой труп в могиле разлагается.
И в полновластной тишине,
Я чую – тленье пробирается,
Как жаба скользкая, по мне.
Лицо прорезали мне полосы,
Язык мой пухнущий гниет,
От кожи прочь отстали волосы
И стал проваливаться рот.
И слышу: мысли неизжитые
Рыдают в черепе моем.
Как дети, в комнатах забытые,
Когда объят пожаром дом.
Я слышу их призыв отчаянный,
Их крик безумный: «Отвори!»
Но крепок череп, смертью спаянный,
Они останутся внутри.
Зажжет их пламя разложения,
Зальет их сукровицы яд
И – после долгого борения –
Их черви трупные съедят!
А. И. Тиняков 1910 г. Открыть страницу с текстом
И в полновластной тишине,
Я чую – тленье пробирается,
Как жаба скользкая, по мне.
Лицо прорезали мне полосы,
Язык мой пухнущий гниет,
От кожи прочь отстали волосы
И стал проваливаться рот.
И слышу: мысли неизжитые
Рыдают в черепе моем.
Как дети, в комнатах забытые,
Когда объят пожаром дом.
Я слышу их призыв отчаянный,
Их крик безумный: «Отвори!»
Но крепок череп, смертью спаянный,
Они останутся внутри.
Зажжет их пламя разложения,
Зальет их сукровицы яд
И – после долгого борения –
Их черви трупные съедят!
А. И. Тиняков 1910 г. Открыть страницу с текстом
Недвижна эта ночь. Как факел погребальный
Кровавая луна пылает в небесах...
Из песен я сплету себе венок венчальный,
И голос мой звенит, тревожный и печальный,
Рыдает в нем тоска, трепещет чуткий страх...
Наутро принесут мне твой привет прощальный -
Я буду ждать его, покорна и бледна...
Я знаю почему, как факел погребальный,
На чистый мой венок, на мой венок венчальный
Льет свой кровавый свет зловещая луна!
Н. А. Тэффи 1910 г. Открыть страницу с текстом
Кровавая луна пылает в небесах...
Из песен я сплету себе венок венчальный,
И голос мой звенит, тревожный и печальный,
Рыдает в нем тоска, трепещет чуткий страх...
Наутро принесут мне твой привет прощальный -
Я буду ждать его, покорна и бледна...
Я знаю почему, как факел погребальный,
На чистый мой венок, на мой венок венчальный
Льет свой кровавый свет зловещая луна!
Н. А. Тэффи 1910 г. Открыть страницу с текстом
Ужасный сон отяготел над нами,
Ужасный, безобразный сон:
В крови до пят, мы бьемся с мертвецами,
Воскресшими для новых похорон.
Восьмой уж месяц длятся эти битвы
Геройский пыл, предательство и ложь,
Притон разбойничий в дому молитвы,
В одной руке распятие и нож.
Ф. И. Тютчев 1863 г. Открыть страницу с текстом
Ужасный, безобразный сон:
В крови до пят, мы бьемся с мертвецами,
Воскресшими для новых похорон.
Восьмой уж месяц длятся эти битвы
Геройский пыл, предательство и ложь,
Притон разбойничий в дому молитвы,
В одной руке распятие и нож.
Ф. И. Тютчев 1863 г. Открыть страницу с текстом
Догорел камин в гостиной,
Меркло за окном.
Манил приятно томный вечер
Во владения тихой поступью
С кожаным кнутом.
Покорно взгляды пали на подход -
Орнаменты на бязи.
Боятся обратиться торфом в огород
К брусьям привязанные.
За то, что палисадник не ухожен -
В нём не цвели люпины,
Стегали по спинам плетьми.
Стегали по спинам. Открыть страницу с текстом
Меркло за окном.
Манил приятно томный вечер
Во владения тихой поступью
С кожаным кнутом.
Покорно взгляды пали на подход -
Орнаменты на бязи.
Боятся обратиться торфом в огород
К брусьям привязанные.
За то, что палисадник не ухожен -
В нём не цвели люпины,
Стегали по спинам плетьми.
Стегали по спинам. Открыть страницу с текстом
Раскрылись чакры,
И расплескалось утро.
Нечто вышло из потока издателя
Очень мерзкое и обаятельное,
Словно плод лотоса,
Словно птенец неясыти. Открыть страницу с текстом
И расплескалось утро.
Нечто вышло из потока издателя
Очень мерзкое и обаятельное,
Словно плод лотоса,
Словно птенец неясыти. Открыть страницу с текстом
Марганец,
Ветвей лиловых пара,
Под рожью опустела тара.
Траурная рама,
Выгребная яма,
Парафиновое жало
На трюмо едва мерцало.
Из бронзы окись вытекала
В исток.
Поминальный венок,
Мокрый платок. Открыть страницу с текстом
Ветвей лиловых пара,
Под рожью опустела тара.
Траурная рама,
Выгребная яма,
Парафиновое жало
На трюмо едва мерцало.
Из бронзы окись вытекала
В исток.
Поминальный венок,
Мокрый платок. Открыть страницу с текстом
Текст:
Мой труп в могиле разлагается.И в полновластной тишине,
Я чую – тленье пробирается,
Как жаба скользкая, по мне.
Лицо прорезали мне полосы,
Язык мой пухнущий гниет,
От кожи прочь отстали волосы
И стал проваливаться рот.
И слышу: мысли неизжитые
Рыдают в черепе моем.
Как дети, в комнатах забытые,
Когда объят пожаром дом.
Я слышу их призыв отчаянный,
Их крик безумный: «Отвори!»
Но крепок череп, смертью спаянный,
Они останутся внутри.
Зажжет их пламя разложения,
Зальет их сукровицы яд
И – после долгого борения –
Их черви трупные съедят!
А. И. Тиняков 1910 г.
Посетители, находящиеся в группе Заблудшая душа, не могут оставлять комментарии к данной публикации.