Mourneress - Беспризорники (Waifs)

My spirit has been crushed.  
I whispered the memorized phrase  
While tulips with a sickly blush  
Withered along with uninspired days.  
All my hopes are just dead butterflies.  
They didn't wait for spring,  
Thirsty for nectar, intoxicated with the sweetest lies,  
Resigned to being betrayed and sacrificed. Открыть страницу с текстом

I wish I could dig up your grave  
And hold you in my arms.  
And listen to the crickets' lullabies,  
And count the fallen stars.  
I'd like your voice to break the silence,  
Tearing the spider lace.  
The butterflies regain their wings  
Once burnt in the sunsets' flames.

I wander through white hollyhock and yarrow.  
August is sick and lame.  
It broke my soul like the bones of a sparrow.  
The moon can't look at me without pain.  
I wish you could sleep in your grave  
Like a seed for the time being.  
Draw strength for life in mourning rain,  
When comes awakening day.

I wish I could fill your lungs  
With my own breath.  
Or catch the wind that runs  
Over the hills, stirring the grass.  
But I'm too weak,  
I'm numb in my grief.

I'm numb in my grief.  
I'm too weak. Открыть страницу с текстом

The candle shed a wax tear  
While shadows whispered in fear.  
The waning moon was deathly pale  
And watched through a misty veil.  
Along the mysterious paths  
Woven from darkness and grass,  
Sleepwalker came here to seek  
A refuge from life that was bleak.  
Insomnious nights and dreams  
Intertwined in ghostly streams.  
The eternal longing of mind and soul  
Turned her heart to a fading coal.  
At the edge of dawn she no longer breathed.  
She proudly wore her poisoned wreath. Открыть страницу с текстом

Сквозь шум дождя я слышу, как  
Ржавеет сердце моё.  
Клинком вонзается в крышу  
Месяца остриё.

Холодные серые камни  
Беспризорники влекомые на дно  
Обрели приют в кармане  
Моего пальто.

Словно дни постылые,  
Что мне не позабыть,  
За собою тянут вниз,  
Не давая плыть.

Слёзы сорванные ветром  
С детских щёк  
В дневниках моих остались  
Между строк. Открыть страницу с текстом

Лес улыбался мне сквозь слёзы,  
Улыбку пряча в тусклом олове.  
Намокшие цветы склонили головы,  
Прильнув к подолу моему.  
Оставив позади знакомую тропу,  
Я утешаю дождь, приняв его в объятья.  
И уже кажется, одета я не в платье,  
А в грозовые облака.  
Тоску озёр и рек хранит моя рука.  
И полнятся ладони плачем незнакомцев,  
Глубинными печалями колодцев,  
На крыльях ветра, прибывших издалека. Открыть страницу с текстом

В обрубленных руках туман нездешний дремлет —  
Белесые поля качают зыбкий свет.  
Отныне клад бесценный пусть нежат эти земли.  
Я кружево сплетаю из горестей и бед.  
В каком же царстве заблудился взгляд твой, бедный?  
Здесь только смерть устало смотрит вглубь себя.  
Сегодня солнце, как старик скарате́нный,  
Таило злато в тучах от меня.  
Клок шерсти, почвы горсть и слёз жемчужины,  
Воспоминаний ворох — как сухие листья.  
Подёнок призраки кружат над лужами.  
В саду так тихо и тенисто...  
Моим объятьям сломленным я корни обучу,  
Здесь будет жимолость твой сон хранить бесцветный.  
И прядь посеребрённую в могилу опущу.  
Она звенит струной, как плач заветный.  
Фарфоровое сердце горе разобьёт.  
Но не страшусь печали, что точит изнутри.  
Пусть выедает душу, слёзы мои пьёт,  
Пусть семена скорбей засеют пустыри.  
Ведь если выпущу её на волю,  
Она проглотит солнце и луну,  
Затопит мир весь вязкой болью...  
Как птицу в клетке рёберной, её я заключу.  
Ты не изведаешь уже и горечь моих песен.  
Ведь мертвые не помнят языка живых.  
Мне чудится — дрожит твоё дыхание,  
Цветов едва касаясь луговых.

Открыть страницу с текстом

В затишье и тьма дрожала,  
Словно тревожась перед грозой.  
Тело твое, в покорности хрупкой,  
Как лоза, выгибалось дугой.  
И терзали нездешние бури  
Древо твоей усталой души.  
Разум — беспечный ребёнок —  
Заблудился в дремучей глуши. Открыть страницу с текстом

Белый червь бессонницы грызет глазное яблоко.  
Попирает сумрак мимолетный зыбкий сон.  
Я тоскливо провожаю взглядом тусклый свет за горизонт.

Неотвратимо багряный бутон расцветает -  
Хрупкий лед моей кожи так тонок...  
Зима. Я дрожу на полу, как избитый ребенок.

Робкое касание ветров меня теперь пугает.  
Одичавшая, я прячусь под кровать -  
В пыльной темноте мне будет легче умирать.

Пустоту комнаты заполнил голос вьюги.  
И соленую воду небрежно расплескали глаза.  
Мою странную жизнь оборвали, пока зимний день угасал. Открыть страницу с текстом

Над серым шершавым морем,  
С надрезанным ветром горлом,  
Две чайки лелеют тоску  
В тумане безмерного горя.

Зеркалится в сколах луж,  
Глазами потерянных душ.  
Уныние глубже врастает  
В бескровное сердце.

Декабрь наносит мне раны  
Острыми зимними снами.  
И крики чайки терзают  
Безмолвное море. Открыть страницу с текстом

И ржавый колокол оплакивает мир,  
Жалеет горемычную сиротку.  
На клевере, изъеденном до дыр,  
Чернеют грязи высохшей ошмётки.  
Надеясь отыскать потерянное время,  
Грачи терзают сердцевину желудей,  
Но и они несут болезни бремя  
И привечают плесень и червей.  
Слепит рассвет, во тьму вонзая колья.  
Стекают дни, как слёзы по обветренным щекам.  
Твою могилу кутая в травы лохмотья,  
Не дам я осквернить чужим глазам. Открыть страницу с текстом